Воспоминания моего отца (Глава -3)

Мой отец

А тем временем у молодых родился первенец – Шулим, это был мой отец. Рыженький крепыш, который к году уже весил пуд. В большой семье дедушки Менделя, Мойше был младший сынок – «мызынок», поэтому все встретили его приезд, после учебы, с восторгом. А его годовалому малышу, любимому внуку Менделя, дозволялось всё, хотя в доме господствовала дисциплина.

  Незаметно шли годы, спустя менее пяти лет у Мойше и Ривки родился второй сын – Юн. Этому малышу не повезло. Лет пяти или шести он упал с высокой скирды, повредил бедренную кость, развился остеомиелит, который не покидал бедного Юна всю жизнь, до шестидесяти его лет.

Моего отца, Шулима, мужики звали Семёном – это имя так и осталось за ним. Несмотря на старания взрослых, он не поддавался духовному обучению, хотя обладал прекрасными способностями и великолепной памятью, наличием музыкального слуха и страстью к чтению.

Его тянуло не к скучным догматическим талмудам, а к настоящей литературе. В пятнадцать лет мой отец поступил помощником механика на мельницу Грановского. Дочь хозяина, Буся, училась в гимназии. Она был ровесницей отца и очень ему симпатизировала. Девочка делилась с ним учебниками и книгами, а отец, тайком от родителей, на чердаке, при свете свечи, штудировал гимназические предметы.

Рабочие мельницы уважали отца. Кроме того, что он рационально организовывал их труд, будучи уже механиком, выпуск муки при нем стал максимальным, что положительно сказывалось на всех.

К тому же отец вслух читал мельникам книги из классической литературы. Его очень уважали, ждали встречи с ним, не хотели расставаться. Простые люди понимали его, рады были поделить с ним и кров, и хлеб, и горе, и радости. Отец был человеком абсолютно бескорыстным. Желание общаться с людьми у него было искренним и чистосердечным.

 

 В Красной Каменке, постепенно превратившейся из маленькой деревушки в местечко, была своя молодёжь, которую объединяло стремление просветиться, но не молитвами из синагоги, не религиозными обрядами, а при помощи литературы и музыки. Пушкин и Лермонтов, Гоголь и Достоевский, Глинка и Рубинштейн – всё это влекло к себе девушек и ребят.

Воспоминания моего отца (Глава - 2)

Дедушка Моисей

Всё зародилось в начале прошлого века, но достоверные данные я имею столетней давности. В 1880 году тринадцатилетний мальчик по имени Моисей, а точнее Мойше, по шпалам, пешком направился из Черкасс в Польшу. На руках у него было направление общины на учебу в ешиву, так называлось в то время учебное заведение, нечто подобное духовной семинарии.

  

Каким образом парнишка добрался до места, как и чем он кормился в дороге, где спал, кто ему чинил одежонку, бывшую уже достаточно ветхой в начале его путешествия? Одному Богу известно! В подтверждение тому, что мальчик достиг цели, служил факт его возвращения с «дипломом» резника.

У евреев резник первый человек, после раввина. В его обязанности входило производить обрезание мальчикам на седьмой день после рождения, а также забивать птицу и скот у местных евреев.

  

 Община направила Мойше на учебу, она и назначила его на работу в деревню Красная Каменка, что в двадцати верстах от Александрии.

 Пятьсот рублей ссуды позволили семнадцати с половиной летнему Моисею и его жене Ривке, старшей на два года с небольшим своего мужа, обзавестись маленьким домиком и коровенкой.

  

Если Моисей был родом из Черкасс, где проживало несколько поколений Табачниковых, уважаемых, можно сказать, почётных граждан своего городка, то Ривка провела своё детство в Чигрине, в семье Мортхе Чечельницкого.

   

Отец Моисея – Мендель и отец Ривки – Мортхе, были долгожителями. Первому удалось прожить до девяносто пяти лет, второго - убили во время погрома в 1905 году на девяносто шестом году жизни. Старик Мортхе мог бы ещё жить да жить, до самых  последних дней своих он таскал пятипудовые мешки, не уступая в силе и ловкости здоровым мужикам.

  

 В Красной    Каменке была небольшая синагога. Местечковые евреи были приятно удивлены, когда узнали, что молодой резник обладает мягким теноровым голосом  и отличным музыкальным слухом.  Благодаря своим способностям, Моисей стал кантором на общественных началах.

Пение молитв, при свободной импровизации, было как бы хобби Моисея. Заработок его составлял двадцать пять рублей в месяц. Всё своё свободное время он отдавал чтению  гемуре, талмуда, химеша и составлению календаря на полсотни лет вперед.

  

Ривка была значительно практичнее, нежели молодой и неопытный муж. Она ожидала ребенка, и своим коммерческим умом, унаследованным, по-видимому, от Мортхе Чечельницкого, понимала, что на столь скудный заработок, который приносил в дом Моисей, не разгонишься, а составление календаря, равно как и канторство не прибавляло достатка в доме.

И тогда появился приусадебный участок, огород, куры, гуси, а значит – пух и мясо со шкварками. Излишек особенных, конечно, не было, и на базар выносилось то,что давало возможность на вырученные деньги купить одежду и даже откладывать кое-что на «черный день».

К нему в то время все готовились, так на всякий случай, и случай не заставлял себя долго ждать. Такой день наступил, только вся подготовка к нему, все старания были излишними, но об этом потом.

Воспоминания моего отца ( Глава -1)

Вступление

Бывает иногда в жизни и так: точно знаешь о чем мечтаешь, ощущаешь желаемое, видишь его, но не можешь, не научен, не способен реализовать мечту. Подобное происходит со мною. Мысленно множество раз пишу и читаю, вижу ту повесть, в которой хотел бы рассказать о пережитом, о событиях и встречах, о городах и дорогах, где был, по которым шёл и ехал, о странах, что видел.

Одно дело думать, другое изложить это на бумаге, да ещё вызвать интерес у читающего. Как это получится?

  

Когда сам читаешь рассказ, повесть или роман, когда восхищаешься прочитанным или, наоборот, критически воспринимаешь на свой взгляд, надуманное, не жизненное, под спудом проявляется тонкое, как волосок желание, поделиться с людьми, с родными.

   

 Десятки лет я мечтал о том дне, когда смогу не заставить себя, а оказаться во власти желания писать о пережитом.

    

 И вот, в течении нескольких месяцев, я тружусь над схемой, планом своих воспоминаний. Работаю без принуждения, урывками и бессистематично.

  

Настал день, когда я себя исчерпал, всё изложил,что запомнил.

Но это не получилось произведение, скорее конспект или подобие подробной автобиографии. Сегодня понял, что следует завершать конспектирование и попытаться всё развернуть. А как?

 

В эту ночь наша дочь подарила нам мордастенького и рыженького внучёнка. Теперь у нас трое внуков: старшая – красавица Юласенька, средний- боевик Семён, младший – пока без имени, но рыжий и весом в три килограмма и на полметра длины. Высота придет потом.

  

Пожалуй, эти записки, посвященные описанию моего жизненного пути, будут единственным наследством, которое останется после нас.

Ничего другого просто нет.

    Моим детям и внукам посвящается!

Жизненный путь (Глава -17)

Мы расстались с нашими друзьями, не совсем понимая, что по сценарию Жизни, мы на годы останемся без друзей вообще. Те, кто близки нам по духу, будут далеко. Да и вообще времена наступят такие, что все отдалятся друг от друга. Не потому что разочаровались, а потому что понадобятся годы, чтобы осмыслить, что происходит в стране, в политике, которую мы не выбираем…

Я описываю свои лучезарные годы детства, юности, а все мы знаем, что  в то время миллионы самых лучших людей безвозвратно исчезали в сталинских лагерях, ломались судьбы, жизни…

Стихи А.А. Ахматовой,  которые поразили меня с первой же нашей встречи, были написаны женщиной, у которой отобрали и разорвали в клочья все её планы и мечты….. Ей дали приют очень добрые люди. А так бы она погибла около ворот тюрьмы, в которую посадили её единственного сына.

Нужно было осмыслить, понять непонятное…

- А скажи, вы больше не встретились с друзьями, которые помогли вам в тот период, когда вы собрались разводиться? – спросила Любознательность.

- Разводиться не надо собираться –  ответила за меня Мудрость. – Иногда люди и не подозревают, что начался последний день их семейной жизни. Ссора, как пожар – начинается с искорки, и никогда не знаешь, куда повернётся уничтожающий брак огонь.

- «Из искры возгорится пламя!» - воскликнула Насмешка

- Вот именно! Тот, кто произнёс эти слова, не знал в полной мере, что предсказывает всемирный пожар –  услышали мы слова Жизненного опыта.

- Так встретились вы со своими друзьями, которые помогли вам в трудное для вас время? -  не забыла свой вопрос Любознательность

- Вы не поверите! Но мы встретились, хотя расстояние и в километрах и во времени между нами было такое, что преодолеть его могли только сверх силы.

…. Мы переехали в Среднюю Азию. Обосноваться на новом месте было не трудно – море фруктов, климат не требовал больше теплых сапог и шуб. Материально жить стало не легче, но обилие солнца круглый год радовало.

Совершенно неожиданно для себя мы встретились и близко познакомились с уникальными людьми! Так называемые космополиты, политически неугодные люди были сосланы из центральных городов в Среднюю Азию. Самого разного рода ученые, работники культуры и искусства, жизнь которых была разорена и сломлена властью фашистов, а потом коммунистов, работали в городах юга, и Средняя Азия от этого присутствия цвета интеллигенции только выиграла.

В окружении таких интересных людей мы нашли себя в цветущем городе, который нам очень нравился. Шумные рынки, спокойные люди и весь темп, и стиль жизни были другим, и мы к новому привыкли и приспособились.

Большим подарком для нас был отпуск наших друзей, который они провели у нас. Одна наша общая знакомая, дама экстравагантная и по-доброму смешная, перегоняла новую свою машину к нам в город. Наши друзья помогли ей – они вели по очереди машину, вернее сказать Марк был за рулем, и путешествие это запомнилось им, как совсем не простое, с множеством приключений.

Знаете, как я вам объясню: есть мастера своего дела, которые смотрят на произведения своего искусства? Так вот, наши друзья, когда приезжают к нам в гости смотрят на нас, как на произведение своего искусства поддерживать, помогать, дарить надежду и счастье.

По сценарию нашей жизни мы расстаемся и опять встречаемся, как с самыми близкими и родными людьми.

- Ты знаешь, о чем я часто думаю? -  спросила Мудрость, которую звали Жизненный Опыт

- Нужно иметь особый талант, чтобы помогать другим людям! Не каждую помощь принимают – прочитала я её мысли.

- Это правильно! Но и взять протянутую руку помощи тоже надо уметь – добавила она.

 - Я люблю всё прекрасное! – ответила я Жизненному Опыту – Мне не важно это цветы или книги, люди или музыка. Я благодарна всякому проявлению прекрасного! Когда-то я встретилась  с  людьми, которые знали, как построить семейное счастье! Это ли не удача?! Я восприняла это как спасение, как чудо,  посланное мне!

И сегодня я уверена: все, кто общаются с Инночкой и Марком – счастливейшие люди! И я среди них.

Жизненный опыт (Глава -16)

Я ещё не успела соседям рассказать о своих впечатлениях, как уже во дворе открылись дверцы контейнера и выгружали мои московские покупки. Муж был настолько рад, что я вернулась из Москвы жива и здорова,что ни слова не сказал насчет мебели, которая никуда не годилась – ему пришлось придумывать, как собрать разъезжающиеся подушки на софе цвета топленого молока.

А тогда, когда прибыл контейнер из Москвы, я чувствовала себя героем Советского Союза, и Сервант, попав ко мне домой, свидетельствовал и помогал мне создать картину увлекательно – приключенческую.  Даже присочинять ничего не требовалось. Ну если только чуть –чуть…

Смешно и сегодня вспоминать, как я с авоськой полной бутылками с шампунью «Садко» попала вечером на оперу  Римского – Корсакова «Садко». И как рядом со мной сидел молодой человек, который хотел познакомиться, а я не шевелилась и не двигалась, потому что посередине носа у меня вскочил огромный фурункул, но в профиль его видно не было. Так я и просидела, как вкопанная – под ногами стеклянные бутылки с шампунью « Садко», а на красном обгоревшем носу фурункул. С тех пор я оперу "Садко" ни разу не слышала.

И действительно, после того, как я привезла мебель, наша квартира преобразилась.

Мы уже планировали накопить деньги на плиточку и облицевать стенки на кухне. Всё имело смысл! Я привезла из Москвы соломенные коврики на кухню, расставили чашечки и стаканчики.

- А что изменилось в ваших отношениях? Ушла боль разочарования? – спросила Подозрительность

- Многие заблуждаются, считая, что семейной жизни подойдут любые условия – я услышала голос Жизненного опыта. – Чувство  эстетическое часто называют мещанством. Семье нужны условия для её создания и развития. Уют, спокойная обстановка, совместные планы, идеи, дела…

- А что семьи в обставленных красиво квартирах не разводятся? – Подозрительность прищурила глаза

- Разводятся! Бывает, что люди ошиблись в выборе, и исправляют свою ошибку разводом. 

- А что важнее духовный мир или материальный? – спросила я

- А что важнее пианино твоё или ноты, которые ты сочиняешь? – ответила Мудрость, которую звали Жизненный Опыт.

 - Одно невозможно без другого – согласилась я.

Жизненный опыт (Глава -15)

Мы все вместе с Жизненным Опытом закончили своё путешествие на прогулочном катере, но рассказ мой все хотели дослушать до конца, поэтому решили отдохнуть, а утром встретиться за завтраком в саду.

Мы с Жизненным Опытом остались у камина.

- И не опасно было… - сказала Мудрость, которую звали Жизненный Опыт.

- Я не боялась. Никто не интересовался мной. Не было бандитизма на улицах.

И я вспомнила:

- Были мы в прошлом году с мужем Париже – еле сдерживала смех, и моя собеседница поняла почему.

- Нас, туристов, сразу предупредили, чтобы деньги и документы мы зашили в одежду, в бельё, спрятали так, чтобы многочисленные воры не смогли нас обокрасть. И вот едем мы, целая группа туристов, в парижском метро в час пик, вагоны без вентиляции, набиты битком. И вдруг… Всё останавливается. Что-то с электричеством – свет есть, а поезд остановился. Между мной и мужем мальчишка лет двенадцати, прижиматься специально ему не надо было, потому что толкучка дикая. Мы смотрим на него в упор, понимаем, что он вор самый настоящий.  Я прижимаю к себе сумку и смотрю на дорогой фотоаппарат мужа, который он держит двумя руками. И что ты думаешь?

- Вас обокрали! – уверенно говорит Жизненный Опыт

- Нет. Только потому, что у нас сумки были пустые. Как нам и велели инструкторы, мы деньги и документы зашили в одежду. Но всё, что можно было расстегнуть, этот мальчишка расстегнул. Не только внешние замки сумки, но и все внутренние кармашки.

- Вот это да!!!

- Мы поверить не могли!

- А что ты удивляешься? Мир меняется и не в лучшую сторону.

Мы расстались до утра. Засыпая, я вспомнила, как тогда в Москве,  на перинах в генеральском доме, я увидела во сне бабушкину однокомнатную квартиру…. Отчетливо приснился сервант, который стоял на центральной стене большой комнаты с балконом. У бабушки были ключи от дверок серванта, там она хранила вишневое варенье,  уже засахаренное от времени.

Всегда, когда я с подружкой или одна приходила к бабушке, она шаркающими шагами приближалась к двери, и встречала меня лучиками своих светло – синих добрых глаз и родным запахом печенья, которое пекла только она. Долго ключом она открывала сервант и доставала трехлитровую банку вишневого засахаренного варенья….

Сон прервался голосами с улицы. Утро ждало меня - я обещала ему продолжить свой рассказ.

Столы в саду были накрыты в деревенском стиле. Все наливали себе молоко и кофе, разламывали теплые калачи.  На столе стояла банка с вишневым вареньем из моего сна….

- Я была в Москве дней пять. Решила сначала всё, что возможно, посмотреть. Записывала цены, адреса, варианты возможной покупки. И вот наступил день, когда я должна была остановиться на чем – то.

Мы с сервантом друг друга узнали. Не только я его, но и он меня. Сервант, точно бабушкин сервант, только цвет дерева был светлый, ореховый. Мне хватило денег на всё! В этом же магазине я купила софу цвета топленого молока, угловую с большими квадратными подушками, к нему в комплекте полагались кресла ракушками и изящный журнальный столик. Это был чешский гарнитур, который вышел из моды, поэтому стоил дешево – у меня оставались деньги на подарки. А как же? Из Москвы приехать без подарков?

Я нашла грузчика на заднем дворе мебельного магазина, и он с готовностью, за совсем небольшую сумму, помог мне очень! Я ещё купила маме диван и кресла. Она мне дала деньги и робко сказала: «Если получится…. специально не ищи». Грузчик действительно главный человек в мебельном магазине! – всё было упаковано в лучшем виде.

-  Если поедешь завтрашним поездом, то в одном из товарных вагонов будет ехать и твоя мебель! – он был счастлив, что я купила мебель себе в квартиру. Я ему даже рассказала, как всё расставлю.

- Странно, что её не обокрали, не обманули – сказала Осторожность и посмотрела на Подозрительность.

В рабочей столовой, в одном из ближайших переулков, я купила  себе тарелку макарон по - флотски, и долго сидела босиком, давая ногам отдохнуть от походов по улицам Москвы.

Нет, меня не обокрали и не обманули. Люди со мной разговаривали, показывали дорогу, в магазинах покупатели давали советы.

«Сервант пустым быть не должен!» - решила я, и купила черный в белый горошек кувшинчик с маленькими стаканчиками для вина  и темно – зеленый чайный сервиз. Мебель светлая, а посуда будет тёмная – вдруг подсказал мне мой смелый Стиль. К этому ко всему ещё надо было красивый халат купить, домашние тапочки на небольшой танкетке...

В привокзальном гастрономе я купила несколько ломтиков колбаски и четвертушку черного с  тмином хлеба. На чай в поезде осталась мелочь тик в тик! Четыре кусочка хлеба с колбаской на двое суток…  Мы не были обжорами!

Я ехала в купе, и знала, что в этом же поезде едет моя мебель, кувшин со стаканчиками, чайный сервиз и мамины диван с креслами. В шкафчики я положила московские конфеты и печенье. Когда муж распаковывал, он сказал: «Мебель с конфетами продают! Вот это да!!!»

Жизненный опыт (Глава -14)

Прогулочный катер вез целую компанию моих слушателей. Около нас собирались незнакомые люди, и это меня немного смущало, но Мудрость, которую звали Жизненный Опыт, сказала:

- Иногда чужие люди ближе родственников и знакомых!

На улице стемнело, и на прогулочном катере включился свет в красивых настольных лампах.

Наши отражения в темных стеклах, создавали впечатление, что нас ещё больше, чем на самом деле. Люди заказывали пиво, кофе, вкусное мороженное, и все вместе, после небольшой паузы, мы возвращались в мой рассказ.

….  Когда я поехала в Москву за мебелью, остановилась  в доме генеральши.

 - Как ты попала в дом к генеральше? – спросила меня Недоверчивость.

- Очень просто! – ответила я. – Мой отец всю войну прошел военным фельдшером, и у него были друзья, с которыми он поддерживал дружеские отношения. Они все встречались на Девятое мая ежегодно, и я знала многих фронтовых друзей моего отца.

Ох, какая это была колоритная женщина генеральша! Генерал, её муж, к тому времени уже умер, а генеральша со своей домработницей принимала меня в невероятно красивых хоромах.

Утром мы недолго чаёвничали, потому что по плану мне нужно было каждый день обходить мебельные магазины по списку адресов, которые у меня имелись. А вот вечером, когда я, уставшая от своих походов по Москве, добиралась до пригорода, где жила генеральша, меня ждал ужин и рассказы этой удивительной женщины!

 Мы засиживались допоздна, а утром я опять отправлялась на знакомство со столичными мебельными магазинами.

Я тогда не знала, что люблю быть одна…. И сегодня я боюсь одиночества. А вспоминаю свои поездки в Москву или Ленинград, и чувства самостоятельной путешественницы согревают меня спустя много лет.

Очень быстро я убедилась, что той суммы, которая у меня лежит в тетрадке, не достаточно для покупки мебели. Мне ещё мама дала деньги, чтобы я ей тоже купила диван и кресла. Так было принято – едешь в Москву, тебе дают заказы родственники и знакомые. Шампунь была в дефиците, детская одежда, обувь. Да мало ли что? Самые настоящие головоломки нужно было решать, чтобы накормить, обуть детей и мужа.

А я приехала за мебелью, но денег явно не хватало. В моде были «стенки» - вместительные сооружения с антресолями, но стояли они в пять раз больше той суммы, которую я накопила.

Генеральша, слушая мои отчеты и впечатления после посещения мебельных магазинов, вообще не верила, что я что – то куплю. Но я не сомневалась, что обязательно найду то, что понравится мне по стилю и подойдёт по цене.